Инквизиция и двуполый врач-мулат

Элено де Сеспедес (Eleno de Céspedes) – двуполый врач-мулат, живший в XVI веке. Элена де Сеспедес (Elena de Céspedes) родилась в Андалусии у чернокожей рабыни от её белого хозяина. При рождении она считалась девочкой, но потом стала выступать в обществе в роли мужчины, сменив имя на Элено (в испанском языке “а” – окончание женского рода, “о” – мужского). Мавр Элено де Сеспендес выучился на доктора-хирурга и сумел живым уйти от инквизиции. Правда, его приговорили к 10 годам тюрьмы. Но ведь могли и сжечь.

Далее текст взятый из: jaerraeth.livejournal.com, Kail Itorr, 2006-07-19 10:55:00

Гермафродиты в инквизиции

…или истоки одного рассказа Хайнлайна (“Уроборос” ака “Все вы зомби”)

17 июня 1587 года, Толедо. Год после Армады. Инквизиционный трибунал. Председатель – дон Лопе де Мендоса. В настоящий момент глаза у него на лбу.

Перед ним стоит подсудимое неопределенного пола и возраста. По одним документам и согласно показаниям множества свидетелей оно – он. Элено де Сеспедес, мавр-полукровка, бывший солдат-наемник, а ныне лицензированный хирург, член корпорации. По другим документам оно – она. Элена де Сеспедес, сорока одного или двух лет, из Аламы, дочь мавританки и испанца, рожденная в рабстве, вышла замуж в 16 лет, муж бросил вскоре после беременности – по слухам, умер. Предмет разбирательства – второй брак, заключенный за 15 месяцев до ареста. С женщиной, Марией дель Кано.

Брак был заключен по всем правилам. Элено попросил руки Марии у родителей, получил согласие и отправился в Мадрид к викарию, чтобы официально объявить о свадьбе. Викарий, отметив нехарактерную для мужчины столь солидного возраста безбородость, поинтересовался, не евнух ли Элено – последнее могло служить препятствием для брака. Элено предложил проверить это обстоятельство – и викарий с помощниками тщательно осмотрели его спереди, убедились, что он – мужчина, и дали разрешение на брак.

Но через год, по наводке кого-то из соседей Элено с женой арестовали за содомию.

Возмущенная подсудимая/подсудимый объясняла инквизиции, что она тут ни при чем, что на момент вступления в брак она была мужчиной (вот справка), что через несколько месяцев ее/его ударила на улице телега, рана загноилась – и все пришлось удалить (вот свидетели, вот шрамы), а с молодой женой же что-то делать надо… И вообще она/он не несет ответственности за то, что после рождения ребенка у нее сменился пол – о чем она еще тогда честно сообщила властям, но ни одна собака ей не поверила.

Трибунал разбирался с этим делом едва не полтора года. Вызывал свидетелей, экспертов-медиков, соседей… Проводил перекресные допросы. И наконец постановил, что убеждение подсудимого/ой, что наличие двух комплектов органов дает ему/ей право жить в обоих форматах, будучи с практической точки зрения крайней глупостью, ересью никак не является и инквизиционному разбирательству не подлежит. Не подлежит также разбирательству характер личной жизни, поскольку осуществлялся он не по выбору подсудимого/ой, а исключительно силой обстоятельств. Выдвинутое властями обвинение в колдовстве – вовсе недоразумение, поскольку колдовства не бывает, а вот гермафродиты – бывают, чему есть многочисленные свидетельства ученых людей. Но вне зависимости от текущего пола, Элено/Элена де Сеспедес виновно в том, что вступило в новый брак, не удостоверившись в смерти первого супруга, а также в попрании таинства брака.

В декабре 1588 Элена де Сеспедес (суд постановил впредь считать ее женщиной) была приговорена к церковному покаянию, 200 ударам плетью и 10 годам работы в городской больнице для бедных в качестве хирурга. (Корпорация икнула – женщин в ней до того не числилось – но спорить с «супремой» как-то себе дороже.)

Судя по документам, хирургом Элена была исключительно хорошим, да и скандальная история добавила ей популярности. В больницу начали валить толпы – кто лечиться, кто так, посмотреть. И через несколько месяцев Элену де Сеспедес перевели в другую больницу в 80 милях от Толедо – от шума подальше. Там ее след и теряется – видимо, она умерла уже после истечения срока приговора, поскольку иначе бумага пошла бы в дело. Дело, естественно, сохранилось.

Что характерно, разбирай это дело тогдашний светский суд, дело бы закончилось смертным приговором, вернее, двумя. Поскольку содомия по гражданскому законодательству каралась именно смертной казнью – и никаких смягчающих обстоятельств закон не предусматривал. Так что чете де Сеспедес еще повезло, что стражи порядка усмотрели в произошедшем чертовщину и кинулись к церковным властям.

А однополый брак расторгать не пришлось – поскольку свидетельство о смерти мужа Элена представить не смогла, он был просто признан недействительным.

Поделиться